НОВОСТИ УКРАИНЫ
       СОБЫТИЯ В МИРЕ

Новости Украины, события в мире

Бей и беги ("The Times", Великобритания)

В прошлом месяце в Кабуле, беседуя с одним американским дипломатом, я заметил: британцы не уверены, что американскую политику в Афганистане можно считать осмысленной, а нынешнее правительство страны - устойчивым. 'Учитывая опыт участия Британии в делах этого региона за последние двести лет, - раздраженно ответил американец, - вряд ли вы, англичане, вправе читать кому-либо лекции, как здесь себя вести'.

Что ж, один - ноль. Даже в период апогея британского имперского могущества, когда проконсулы королевы Виктории гордились своим умением 'водворять порядок' среди самых непокорных подданных, - например, 'дервишей' и зулусов - с афганцами у них ничего не вышло. В 1881 г., став эмиром Афганистана, Абдурахман-хан писал: 'Страна находится в самом плачевном состоянии. Все, что принадлежало государству, разрушено, и нуждается в замене. Народ . . . отличается самым буйным и непредсказуемым нравом, он уничтожает все, что может'. В 21 веке эта картина не изменилась.

Британцы сквозь зубы отдавали должное воинской доблести и яростному независимому духу афганских племен - с тех самых пор, как в 1808 г. Кабул посетил первый британский посланник, 29-летний дипломат Маунтстюарт Эльфинстон (Mountstuart Elphinstone). Правительства в Лондоне и Дели в 19 столетии сломали немало копий, гадая, что делать с регионом, который они считали важнейшей буферной зоной между Британской и Российской империями. Некоторые губернаторы и вице-короли Индии выступали за аннексию Афганистана, или по крайней мере устойчивое присутствие на его территории - так называемую 'наступательную политику'. Другие считали: к любым предложениям направить крупные воинские контингенты за перевалы, отделявшие Афганистан от тогдашней Британской Индии, следует относиться с крайней осторожностью. Они подкупали племенных вождей, чтобы те не устраивали набеги на территорию британской колонии, а если вспышки насилия случались, отряжали карательные экспедиции, сжигавшие кишлаки и захватывавшие заложников - эта тактика называлась 'бей и беги'.

Дэвид Лойн - известный журналист, хорошо знающий Афганистан. Его книга - прекрасный обзор истории этой страны с 1808 г. до наших дней. За это время и ее народ, и характер ошибок, совершаемых иностранными державами, вмешивающимися в ее дела, изменились мало. В 1838 г., когда Британия в первый раз направила в страну целое войско, чтобы посадить в Кабуле выбранного ею правителя, - некоего Шаха Шуджу - предполагалось, что эта экспедиция, как обычно, станет нетрудной и увлекательной 'прогулкой'. Офицеры одного полка даже взяли с собой свору гончих, чтобы поохотиться на лис. Пресса аплодировала этому предприятию, радуясь, что оно сорвет планы русского медведя. 'Россия - этот изверг - постоянно тревожит и терзает род человеческий', - надрывалась Times.

Последующие события стали одним из самых горьких унижений, что довелось испытать Британской империи: в 1842 г. остатки отступающего корпуса были истреблены под Гандамаком. Погибло и большинство участвовавших в экспедиции высших чинов. После этого британцы несколько десятилетий обеспечивали спокойствие на границе дипломатическими методами и подкупом. Каждая из сторон считала, что другая двурушничает: афганцы - потому что англичане далеко не всегда выполняли свои финансовые обязательства, а британцы - потому что афганцы возобновляли набеги, когда им заблагорассудится.

В 1878 г. началась вторая англо-афганская война: предлогом послужил отказ Кабула принять нового британского посланника. Именно в ходе этого конфликта генерал Робертс по прозвищу 'Бобс' приобрел репутацию выдающегося полководца (и титул лорда Кандагарского), но ситуация не изменилась. Британцы на собственном опыте осознали: выигранные битвы ничего не решают. Афганское общество слишком раздроблено и 'подсело' на войну, и никакое мирное соглашение с этой страной не бывает устойчивым.

В 1893 г. министр иностранных дел Индии сэр Генри Дюранд (Henry Durand) заключил с эмиром договор о разделе области Вазиристан. Однако жители региона ни тогда, ни сейчас не обращают на эту границу ни малейшего внимания. Один высокопоставленный чиновник, сэр Денис Фицпатрик (Denis Fitzpatrick), приводя доводы против навязывания этим людям воли Британской империи силой оружия, отмечал: 'установить pax Britannica в области Вазири' - 'труднейшая задача'.

Британские власти в основном придерживались именно такого подхода. Но в 1919 г., когда афганцы объявили джихад и начали наступление на северо-западную Индию - нынешний Пакистан - британцы волей-неволей были вовлечены в третью войну с этой страной. Спорадические пограничные столкновения не прекращались в течение всего периода между двумя мировыми войнами.

В 1933 г. правителем Афганистана стал 19-летний Захир Шах. Его царствование, длившееся более 40 лет, было временем относительного спокойствия. В своей книге Лойн этот период пропускает; тем не менее, на мой взгляд он заслуживает серьезного изучения - чтобы понять, в чем причины такого чуда. За смертью Захира последовали новые потрясения. К власти в стране пришел коммунистический режим. В 1979 г. в Афганистан вторглись русские, чтобы поддержать трещавший по швам кабульский режим, ставший их клиентом, и покончить с нестабильностью на собственной границе. Подобно всем другим иностранным интервентам, Москва поначалу считала, что ее войска задержатся в стране ненадолго. Однако пребывание стотысячного контингента затянулось на десять лет, в ходе жестоких боевых действий погибло полтора миллиона афганцев, страна была разрушена - но все попытки захватчиков навязать афганскому народу свою волю полностью провалились.

Именно в этот период, как убедительно показывает Лойн, Запад допустил серьезнейшие внешнеполитические ошибка. Рональд Рейган и Маргарет Тэтчер смотрели на происходящее в Афганистане исключительно через призму 'холодной войны'. Они стремились воспользоваться затруднениями Советов, и помогали их врагам. Оказывая помощь повстанцам-моджахедам, они способствовали дестабилизации обстановки в Пакистане и росту исламского фундаментализма по всему региону. Именно в годы этой войны в Пакистане, как грибы, росли медресе, управляемые радикалами, чье влияние мы столь наглядно наблюдаем сегодня.

Крайне безответственным 'проводником' западного влияния стал экстравагантный конгрессмен-техасец по имени Чарли Уилсон (Charlie Wilson). Он побывал в регионе в 1982 г. и буквально влюбился в 'романтичных' моджахедов, считая их борцами против советской 'империи зла'. Будучи членом подкомитета по ассигнованиям на оборонные нужды, Уилсон добился резкого увеличения помощи афганским повстанцам. Больше всего он гордился тем, что сумел 'пробить' поставку моджахедам переносных зенитных комплексов 'Стингер'; получив их, афганцы за год сбили 200 русских самолетов и вертолетов. В недавнем голливудском фильме 'Война Чарли Уилсона' (Charlie Wilson's War) конгрессмен - его играет Том Хэнкс - изображен героем. На деле же он был лишь самонадеянным иностранцам, и вел себя как слон в посудной лавке: именно такие люди создают техасцам дурную репутацию. Ту же опрометчивую линию гнули и 'бешеные' британские правые, пользовавшиеся влиянием на Тэтчер. Их действия во многом способствовали тому ужасающему хаосу, что царит сегодня в регионе.

Конечно, в 1989 г. русским пришлось, поджав хвост, уйти из Афганистана. Но в 1996 г., после братоубийственной войны между победившими племенами, к власти в стране пришло движение 'Талибан'. Правительство США было настолько возмущено таким оборотом событий, что даже отказалось признавать новый режим.

Лойн утверждает: по меркам Афганистана, которому не слишком везло с правителями, талибы были не так плохи, как порой утверждается. Они, например, запретили выращивать опиум. В глазах Запада их главным преступлением являлась дискриминация женщин. Лойн описывает такой эпизод - во время одной из его командировок в Афганистан министр правительства талибов с любопытством спросил его: 'А почему вас так интересуют наши женщины?'

Полусредневековый режим талибов был слишком слаб, чтобы устоять перед наступлением оппозиции, поддержанной Западом, в 2001 г. После его падения, отмечает автор, 'возник уникальный момент, когда международное сообщество пользовалось в стране популярностью, и могло добиться успеха, но он быстро миновал'. Сегодня жестокая реальность и главная проблема Афганистана заключается в том, что большинство народа считает: при талибах им жилось лучше, чем при президенте Хамиде Карзае.

В прошлом месяце один афганский бизнесмен заметил в разговоре со мной: 'Последние семь лет 'демократии' были для нас катастрофой'. Афганистан никогда не был крепко спаянным государством - он остается конгломератом постоянно меняющихся интересов, альянсов, племен и общин. Там плохо понимают современный мир и не рвутся стать его частью. Средний класс - если его можно так назвать - в основном покинул страну. В Афганистане существует тяжелейший - возможно фатальный - дефицит квалифицированных кадров, способных управлять страной если не неподкупно, то хотя бы эффективно. Сегодня, как и все последние 200 лет, боевые операции англо-американского контингента проходят относительно успешно, особенно с учетом его малочисленности. Но любые военные успехи бессмысленны, когда есть столько сфер, где вся военная мощь Запада попросту бессильна.

Почти все иностранцы, как-то связанные с афганскими делами - за исключением разве что президента Буша - уже осознали эти реалии и прошлые ошибки. Вопрос в том, есть ли у Запада еще один шанс, можно ли еще изменить политический курс и превратить нынешнюю катастрофу в сколько-нибудь приемлемый результат? Ответ на него вызывает бурные споры. Я отношусь к тем, кто считает, что 'опускать руки' в этом регионе мы не должны - в Пакистане, например, ситуация еще более непредсказуема и внушает еще большую тревогу. По крайней мере, нам нужно вливать в регион гораздо больше денег - если, конечно, удастся сделать так, чтобы они не оседали на швейцарских банковских счетах коррумпированных чиновников. Но было бы наивным утверждать, что у нас есть все шансы на успех. Прекрасная популярная работа Лойна показывает, почему это так, и, надеюсь, кто-нибудь подарит ее на рождество президенту Обаме.

 

Макс Гастингс перевод Максим Коробочкин

комментировать новость

 

 

   

Новости Украины, события в мире

Президентское перспективы. Рано делать ставки?

Следующим Президентом Украины станет Юлия Тимошенко. Этот тезис до недавнего времени многие не решались оспаривать. Действительно, если рассмотреть перспективы каждого из потенциально известных кандидатов, то президентство Юлии Владимировны выглядело весьма и весьма перспективно.



Новости Украины, события в мире

Газ включат. Дело "ближайших часов и дней"

Вопрос о возобновлении поставок российского газа в Европу "в ближайшие часы, в ближайшие дни" будет обсуждаться в Брюсселе, куда вылетели заместитель председателя российского правительства Игорь Сечин и глава "Газпрома" Алексей Миллер. Пресс-секретарь премьер-министра РФ Дмитрий Песков сообщил, что Сечин и Миллер обсудят с европейскими партнерами "пути возобновления поставок газа европейским



Новости Украины, события в мире

Запрошуємо до участі у круглому столі на тему «Засекречення генеральних планів міст України – стратегічна необхідність чи рудимент закритого суспільства?»

      У першій половині травня 2010 року Східноукраїнський центр громадських ініціатив проводитиме в м. Києві всеукраїнський круглий стіл на тему «Засекречення генеральних планів міст України – стратегічна необхідність чи рудимент закритого суспільства?».



Новости Украины, события в мире

Фирташ сбежал из Украины

Как стало известно из достоверных источников, близких к первому заместителю главы СБУ Валерию Хорошковскому,  известный украинский олигарх Дмитрий Фирташ сбежал из Украины. В частности, в настоящее время его местонахождение неизвестно, и с ним не удается связаться по телефону даже доверенным лицам. Собеседник полагает,




© НОВОСТИ УКРАИНЫ, СОБЫТИЯ В МИРЕ ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ ГОСТЕВАЯ КНИГА